Константин Хусаинов
Автор

250 лет единства среди равных

Четверть тысячелетия ингушский народ живёт в составе России

Константин Хусаинов
Автор

В марте 2020 года республика отмечала знаменательную юбилейную дату - 250-летие единения Ингушетии и России. К сожалению, на возможность провести широкое празднование этого события повлияли внешние обстоятельства – ограничения, связанные с противодействием коронавирусной инфекции. Было решено, что основные торжества пройдут в октябре текущего года.

И вот этот день настал: на 10 октября запланирован целый ряд праздничных мероприятий – и театрализованные представления, и грандиозный концерт региональных коллективов, и выступление знаменитых приглашённых гостей, и показательный пролёт прославленной авиационной группы «Русские Стрижи», и многое другое. У народа – праздник, и этот праздник народ заслужил. Главная часть программы пройдёт на обновлённом к знаменательной дате стадионе в городе Сунже.

Информационно-аналитический портал уже касался темы 250-летия единения Ингушетии и России, опубликовав ранее обстоятельное интервью известного ингушского историка Лейлы Арапхановой. Но не воспользоваться поводом, чтобы ещё раз затронуть эту большую, сложную и важную страницу истории, было бы неправильно. О реальных исторических фактах, предшествовавших ей и сопровождавших её, рассказано уже много и подробно. Поговорим же о судьбоносном для ингушского народа решении в несколько ином ракурсе.

Чтобы понять значимость события, которое произошло в 1770 году вблизи селения Ангушт, когда представители ингушского народа приняли историческое решение войти в состав России и принесли ей присягу на верность, нужно приблизиться к пониманию исторических реалий того времени.

Ингушское общество в те времена не было однородным, одновременно далеко не являясь многочисленным. Хотя в мужественности, мастеровитости, талантливости, самобытности и трудолюбии предкам современных ингушей нельзя было отказать, строгая общинная структура во многом ограничивала и дальнейшее развитие ингушского этноса, и его общенациональную идентичность. Примерно так же было и у древних русских князей в период междоусобицы: только объединившись в единую монолитную структуру по имени Русь, восточнославянские племена смогли превратиться в мощное государство. И монголо-татарское иго сбросили, и экономику с культурой подняли, и множество малых народов взяли под имперские крылья.

Кстати, никаких «колоний» и «резерваций» из национальных окраин не делалось – это факт. Все, кто признавал и соблюдал законы государства, вливались в него, получая все гражданские права и свободы, гарантии сохранения своей национальной самобытности. И даже получали некоторые преимущества. Разумеется, с поправкой на реалии того времени.

Эта политика была продолжена и в Советском Союзе, и во времена новой России. Где ещё, в какой стране целые общественные институты, государственные структуры работают над сохранением языков и созданием письменности малочисленных народов? В лучшем случае – это прерогатива научных сообществ и отдельных деятелей, получающих определённую поддержку властей, как правило - муниципальных. Где, в какой стране существуют такие масштабные государственные (и это слово необходимо выделить) программы сохранения национальной культуры, традиций и обычаев малых этносов? Нигде.

Точно так же нигде вы не встретите такого количества автономных национальных образований (читай – имеющих полноправные административные полномочия) в составе одного государства. Как бы ни спекулировали, скажем, заграничные доброхоты на «черкесском вопросе», но именно в России три региона только в своих названиях имеют обозначение титульных адыгских субэтносов. А в других странах, куда волею судьбы переселились потомки адыгских племён? Увы, несмотря на существование обширных «культурных автономий» - это именно общественно-культурные явления, которые имеют весьма относительные юридические права. Путь этих стран, как показывает практика, ведёт к постепенной, но неумолимой ассимиляции «нетитульных» народов, молчаливо поощряемой властями. А теперь сравните приведённые доводы с Концепцией устойчивого развития коренных малочисленных народов, принятой в России на государственном уровне, – все вопросы отпадут.

Ещё один пример – турецкие курды в Турции. О какой государственности и государственной поддержке просвещения можно говорить, если этот многомиллионный народ (только в Турции – до 25 млн человек) традиционно имеет наиболее высокий уровень безграмотности в среднем по стране! И любые движения в сторону автономии турецкими властями подавлялись во все времена нещадно. Если Турция так любит касаться «черкесского» вопроса, то почему так плохо решает «курдский»? Вопрос без ответа.

Альтернативный путь – индейские резервации в США. Тут вообще без комментариев. Деградация и вымирание. Либо полная ассимиляция, иного варианта нет.

В России всё совсем по-другому. Возьмём культуру. Даже незачем повторять всем известный постулат о государственной поддержке национальных культур в России, в том числе ингушской. Любой фестиваль народного творчества (самого разного уровня – муниципальный, региональный, федеральный) в нашей стране – это драгоценный фейерверк традиций и вековой мудрости многочисленных этносов, бережно сохранённый предками и поддерживаемый государством. Добавьте сюда национальные исследовательские институты, в том числе региональные, занимающиеся изучением языков, истории, культуры автохтонных народов… Все эти факты можно перечислять и перечислять.

Да, в истории ингушского народа были трагические страницы. Самый яркий пример – принудительное переселение в 1944 году. Однако эти события уже давно осуждены в нашей стране на государственном уровне. И для ликвидации их последствий была предусмотрена конкретная законодательная база.

Но вернёмся к более давней истории. Таким образом, 250 лет назад сохранить свою общенациональную идентичность на перекрёстке интересов и противостояний могущественных империй малочисленному ингушскому народу было попросту невозможно. Что было бы, если бы решение о присоединении к России не реализовалось? Можно лишь предполагать, на территории какого государства мог бесследно «раствориться» ингушский этнос. Но история не терпит сослагательного наклонения. Произошло то, что произошло. И сегодня ингушский народ, который живёт в территориально самом маленьком субъекте России – полноправная и полноценная составляющая великой многонациональной России.

Жизнь в составе большой державы дала много возможностей ингушскому народу. Но и он немало дал России. Государственные деятели, славные воины-защитники, учёные, врачи, деятели культуры, общественники, спортсмены, настоящие патриоты великой страны – все они в разные времена внесли свои имена в славную летопись большого Отечества. И мы гордимся ими точно так же, как и представителями любой национальности нашей страны. Мы едины и равны. И в этом наша сила.