Олег Пономарёв
Автор

Джамбулат Умаров: Стреляя в Кадырова — пытаются попасть в Путина

Стреляя в Чеченскую Республику — стреляют в Россию

Олег Пономарёв
Автор

Джамбулат Вахидович Умаров -  российский государственный и политический деятель, министр Чеченской Республики по национальной политике, внешним связям, печати и информации.

 

- Добрый день, Джамбулат Вахидович! К сожалению, в жизни трагическое с торжественным часто оказывается рядом. Великий праздник, День Победы, отмечен и событием, когда на стадионе в Грозном 9 мая 2004 года погиб первый Президент Чеченской Республики, Герой России Ахмат-Хаджи Кадыров. Мы хотели бы задать несколько вопросов по этому поводу.

- Здравствуйте. Да, я готов.

 

- Ваша прямая ассоциация с именем Ахмат-Хаджи Кадырова?

- Если сказать очень коротко, то прямая ассоциация с феноменальной личностью Ахмат-Хаджи Кадырова у меня связана с поворотной эпохой в исторической судьбе чеченского народа.

Я сразу вспоминаю дату 23 марта 2003 года – тот день, когда был проведён референдум и принята Конституция Чеченской Республики. Этими актами, этим волеизъявлением чеченский народ полностью определился с тем, где, в какой стране и с какими народами он дальше будет определять своё будущее. Вот именно с таким судьбоносным поворотом в истории чеченского народа я и связываю личность Ахмат-Хаджи Кадырова.

Потому что много было в истории чеченского народа разных героев. Но Ахмат-Хаджи как-то стоит в стороне от этого пантеона великих – и Шейха Мансура, и Байсангура Беноевского, а Алибека-Хаджи Зандакского, и многих других героев, которые жили в разные эпохи, в разные времена, формации, при разных государственных устройствах – от царского самодержавия до Советского Союза. Но Ахмат-Хаджи стоит несколько особняком. Потому что те национальные герои, которые сражались с царизмом – точно так же, как и русский народ, который в своё время боролся против самодержавия и крепостничества, навязываемого всем народам Российской империи. Каждый из вождей чеченского народа сражался «до последнего чеченца». Такой был лозунг.

А главным политическим и духовным лозунгом Ахмат-Хаджи была бескомпромиссная борьба «за каждого чеченца». Как показала история, как показала современность, – именно этот лозунг победил. И сегодня его сын, духовный и политический наследник Рамзан Ахматович Кадыров, нынешний глава республики, очень трепетно и внимательно относится к претворению этого лозунга в жизнь.

Потому что «борьба за каждого чеченца» - это не только, в нашем случае, борьба с международным терроризмом. Это борьба с разрухой хозяйственной. Это борьба с разрухой в умах - помните, как у профессора Преображенского? Это борьба за культуру, за самодостаточную экономику, за имидж самодостаточности в семье народов Российской Федерации.

Если до референдума, до появления Ахмата-Хаджи, чеченский народ, в основном, связывали с какой-то «мятежностью» что ли, противостоянием (у меня, кстати, об этом есть книга), то сейчас он доказывает, что, несмотря на малочисленность, может определять мощь государства, давать импульсы солидарности и консолидации для решения тех или иных проблем.

Сейчас, в самый ответственный момент, когда встаёт вопрос «Быть или не быть великому российскому многонациональному государству», чеченский народ показывает, что он никогда не был ни народом-дезертиром, ни народом-предателем, ни вероломным народом, как пытались утверждать некоторые псевдоисторики. Это народ-воин, народ-труженик, народ-созидатель, который сегодня сплачивает нашу великую страну.

 

- Можно ли сказать, что именно за эту позицию – «за каждого чеченца» -  Ахмата-Хаджи уважает и любит чеченский народ?

- Абсолютно точно! Именно поэтому его уважает и любит чеченский народ. При этом я ещё раз повторю: у чеченского народа есть уважение к другим героям. Да, это наша история, наше наследие. Но Ахмат-Хаджи стал зачинателем новой истории чеченцев, новой истории их государственности.

Это беспрецедентный случай. Без давления извне, без какой-то политической подоплёки. Даже когда Президент страны Владимир Владимирович Путин предложил подписание каких-то бумаг для принятия решения: мол, референдум - дело сложное… Ахмат-Хаджи сказал: «Нет. Я должен посоветоваться со своим народом». И вот этот акт согласования с народом как раз и произошёл 23 марта 2003 года. Это и был референдум.

 

- Такая мудрая, взвешенная позиция Ахмата-Хаджи оказала влияние на формирование национального самосознания?

- Безусловно. Тем Ахмат-Хаджи и был опасен врагу. Надо же говорить о и его политической доктрине! Она заключалась в полном отчуждении от антироссийских, антигосударственных, если хотите — антирусских взглядов и чаяний, которые проповедовали авантюристы от политики. Это ведь было во времена Дудаева, когда возобладала сепаратистская точка зрения — о том, что русский народ якобы чуть ли не довлел над всеми остальными народами.

То есть, когда приветствовался поток оскорблений, подозрений, недоверия именно против русского народа, Ахмат-Хаджи «развернул» эту точку зрения в иную сторону. Он сказал, что русский народ не виновен — ни в репрессиях, ни в карательных походах царских генералов. Это всё делало ненавистное самому русскому народу самодержавие. И если бы не русский народ и не его воля — то мы и сейчас бы жили в условиях самодержавия.

Русскую революцию сделал только русский народ. Неважно, кто и в какие периоды времени им руководил, начиная Керенским и заканчивая Лениным-Сталиным, а потом уже Ельциным. Русский народ - самый добродушный народ. Самое страшное бремя ответственности нёс именно он — за ошибки царизма, за ошибки большевиков, за ошибки сталинского периода. И самый страшный удар принимал на себя именно русский народ. От всех сталинских репрессий пострадал, в первую очередь, именно русский народ — со своими разрушенными церквами и сердцами. Именно он пролил больше всего крови на эшафоте сталинских репрессий. Именно поэтому мы никогда не виним и не винили русский народ в этих бедах. Здесь нужно говорить о конкретных политиках и политических системах, но ни в коем случае народ не винить. И в этом тоже заслуга Ахмата-Хаджи.

Другой его поворотной исторической заслугой я считаю то, что я ещё не видел ни одного философа, политика или теолога, который бы выстроил такую современную религиозную концепцию, возрождающую традиции суфизма. То есть, традиционную исламскую религию, которая имело место быть, сплачивала народы, воспитывала мусульман в духе интернационализма. В духе нормального приятия других цивилизаций и культур, в духе любви, взаимовлияния и обогащения друг друга. Потому что Всевышний говорит в Коране, что создал нас племенами и народами только для того, чтобы мы познавали друг друга, обогащали друг друга.

Вот эта концепция очень сильно ударила... она буквально разрушала основы радикализма, прикрывающегося Исламом, основы ваххабизма, этих сектантских, вооружённых, античеловеческих групп, которые щедро финансировались Западом, его кукловодами.

Посмотрите, что они натворили в Ираке, в Сирии, в Ливии, что они сегодня творят в разных уголках Азии, Африки, Европы! Практически на всех континентах виден кровавый след руки терроризма. И Ахмат-Хаджи здесь одержал великую идеологическую победу. Он предложил новую концепцию фундаментального идеологического противодействия террористическим идеологемам, методам вербовки и так далее. Это было уже последней каплей. И было дано специальное задание: в любом случае, Ахмат-Хаджи Кадыров должен быть убит. Один из таких одиозных преступников, злодей по прозвищу Хайрулла — он и его подручные террористы и совершили это чудовищное преступление...

Недавно Рамзан Ахматович Кадыров вспоминал о том, как шёл на инаугурацию, и не мог положить руку на Коран, на Конституцию, чтобы принести клятву — пока не будет отмщён его отец. Эта пустота его преследовала... Он молил Всевышнего, чтобы найти убийцу. И это случилось благодаря его руководству общей операцией, благодаря боевой смекалке Героя России Магомеда Хожахмедовича Даудова, который сейчас возглавляет Парламент Чеченской Республики и который уговорил Рамзана Ахматовича нажать эту «кнопку возмездия».

В своё время, когда решалась судьба самого Магомеда Даудова, Рамзан Ахматович взял его на поруки. Он его спас. И не просто спас его от российского правосудия, а от гибели, по большому счёту. Он открыл для нас с вами нового героя — человека, который прославил себя и свой мундир бескомпромиссной и отважной борьбой с международным терроризмом. И вот один из таких подвигов, успешных операций — ликвидация злодея Хайруллы. Рамзан Ахматович говорил, что с чувством выполненного долга пошёл давать клятву народу (боевик Сулейман Имурзаев (Хайрулла) был ликвидирован за день до инаугурации Р. А. Кадырова на пост Президента ЧРприм. Ред.).

 

- Джамбулат Вахидович, очень важный вопрос. Говорят, что мудрость приходит с годами. Поэтому ваше поколение хорошо понимает роль личности Ахмата-Хаджи Кадырова. А какое отношение к нему у молодёжи?

- Вы знаете, молодёжь у нас в республике представлена и в экономическом, и в социальном блоках... У нас чуть ли не самое молодое управленчество, служба в рядах силовых организаций. Можно сказать, что у нас самая молодая республика. И вот эта молодёжь у нас представлена во всех сферах — от культуры и спорта до силовых структур и политики. Если бы эта молодёжь не сделала своим идеологическим фундаментом, своим кредо великий путь незабвенного Ахмата-Хаджи Кадырова, то здание, которое мы сейчас строим на территории Чеченской Республики — здание мира, здание созидания — его невозможно было бы построить, оно было бы разрушено.

Но вот уже 20 лет, как строится это здание. И радушно принимает у себя гостей, туристов, специалистов. Они с удовольствием приезжают к нам — гостят, лечатся, учатся, живут и работают у нас. А я, как человек, который занимается ещё и национальной политикой, могу сказать: эта приятная тенденция возвращения к нам — и не обязательно тех русских людей, которые здесь жили когда-то, а тех, кто просто приезжает из других областей и хотят жить в Чеченской Республике — растёт в геометрической прогрессии, за что мы славим Всевышнего.

Поэтому без такого фундамента, без этого краеугольного камня мышления наша с вами молодёжь немыслима. Основные его постулаты я Вам назвал: вера во Всевышнего, стойкое отстаивание интересов республики и народа и осознание себя неотъемлемой частью великой страны, могущественной страны с прекрасной историей.

 

- Всё имеет двойственную диалектическую природу. И вся наша жизнь выстраивается между приверженностью традициям и стремлением к прогрессу. Как, на Ваш взгляд, удавалось Ахмату-Хаджи находить баланс между традициями и прогрессом?

- Мне кажется, гениальность Ахмата-Хаджи заключалась, во-первых, в его глубочайшей вере во Всевышнего, в его знании Корана и Сунны. Без этих главных постулатов, конечно, не удалось бы... Поймите, что чеченский народ возглавил не профессиональный политик (что вполне могло быть, и такие политики стремились к власти) и не профессиональный военный, каким был тот же Джохар Дудаев. Или там Масхадов и так далее. И не профессиональный демагог, которым тоже когда-то удавалось прийти к власти путём популистских обещаний. Пришёл богослов. То есть, эти преобразования начались с имени Всевышнего. Во имя Всевышнего Аллаха, Милостивого, Милосердного.

Я считаю, нет ничего удивительного в том, что произошло вот это чудо, которое положило начало целой веренице чудес. Это и восстановление Грозного, и Чеченская Республика как единственный регион, который смог победить терроризм. Это и то, что она сейчас ассоциируется в глобальном смысле как верный форпост Главнокомандующего страны. Это и идеологический, и религиозный ракурс. Сегодня Чеченская Республика представляет собой некий мини-макет того, каким мы, например, хотели бы видеть наше государство — с сильным лидером, с преданным идеям величия страны народом, с порядком, с присущей русскому и другим народам любовью к своей истории, к своей духовности, от которых мы, к сожалению, очень сильно отошли, я считаю.

Думаю, что Чеченская Республика в данном случае играет очень важную для всей страны роль. И думаю, что подавляющая часть населения нашей страны это понимает. Это понимают и наши враги. Поэтому пытаются лить помои и на память Ахмата-Хаджи, и на Рамзана Кадырова, и на нас — на его команду. Они знают: стреляя в Чеченскую Республику — стреляют в Россию. Стреляя в Рамзана Кадырова — пытаются попасть в Путина.

Но мы не раз доказывали и будем доказывать впредь, что подобные попытки расшатать наше с вами устройство, реформы, процесс развития - обречены на провал. Этот процесс был начат и укреплён тем, что мы вернули себе свою исконную территорию — Крым, который имел для нас громадное историческое значение. И не только стратегическое, а историческое, духовное. И с этого пути мы не свернём. С пути самоуважения. Потому что, если мы сами себя уважать не будем - нас уважать не будет никто.

У нас есть свой путь. Мы не собираемся никому подражать. Не собираемся ни перед кем быть «хорошенькими» или плохими. У нас есть свой путь. Путь этот был открыт нашими великими первопроходцами — предводителями, полководцами, духовными лидерами.

Сегодня мы живём уже в другую эпоху, в другой стране. Нет никакого противостояния, нет никаких нерешённых вопросов. Думаю, что те «исторические мозоли», которые ещё остались между отдельными народами, тоже будут излечены — пониманием и дальнейшим нашим сближением.

Этим центростремительным процессом мы и должны сегодня всячески заниматься. Мы — это средства массовой информации, идеологи, политики, гуманисты, представители гуманитарных наук, историки, философы, литераторы... Мы сегодня с вами должны в своём творчестве, в своей работе не просто возрождать эти традиции, а поднимать этот богатейший пласт и самим делать так, как делали наши предшественники.

 

- Масштаб личности Ахмат-Хаджи огромен и неизменно вызывает повышенный интерес. Поэтому вопрос именно о его личных качествах: правда ли, что у него было философское отношение к смерти?

- Когда мы говорим о философском отношении к смерти, то я считаю, что это чересчур размытое представление о его личности. Философски можно к этому относиться по-всякому. Атеисты тоже по-философски относятся к жизни и смерти. Но Ахмат-Хаджи — и это нужно абсолютно точно понимать — знал, что человеческая душа бессмертна. Это знают все более-менее читающие представители монотеистических конфессий. Она бессмертна. И его заботило будущее своей души. Он понимал, что человеческая телесная оболочка тленна. Он понимал, что, защитив эту оболочку от внешнего воздействия — от боли, от страха, от тревог, от смерти — можно не спасти свою душу, своё духовное начало. Эту настоящую жизнь, которая будет существовать и в грядущие времена. Ту вечную жизнь, в которую мы все верим.

Ахмат-Хаджи в этом смысле показывал себя не как философствующий созерцатель, а как истинный шахид, истинный воин за веру, мученик за веру. И он думал так, он жил так. И ушёл в вечность именно таким образом.

Такие, как Ахмат-Хаджи, не умирают. Ибо Всевышний сказал в Коране: «Никоим образом не считай мёртвыми тех, которые были убиты на пути Аллаха. Нет, они живы и получают удел у своего Господа». Ахмат-Хаджи — это шахид, который ушёл в вечность с великим знаменем освобождения своего народа от терроризма, от бандитизма, от всех трагедий истории, которые пережил наш многострадальный народ — для того, чтобы это больше никогда не повторилось. Мы, во главе с нашим лидером, Рамзаном Ахматовичем Кадыровым, благодарим Всевышнего за то, что нам досталось это знамя. И поверьте мне: мы сделаем всё, чтобы достойно пронести это знамя, чтобы оставить его достойным поколениям. Ибо мы воспитаем эти поколения.

И пусть те, которые хотят жить в сильной стране, в духовном обществе, где развиваются нормальные семьи, в которых нормально рождают и нормально воспитывают детей в духе уважения к старшим, в духе уважения к своей истории и любви к своей Родине — они должны сегодня брать с нас пример. Думаю, эту службу мы сослужим не только для народа Чеченской Республики, не только для народов России, но и для всего прогрессивного человечества.

 

- А любил ли Ахмат-Хаджи земную жизнь?

- Ну, он же был человеком... Да, конечно, он любил свою семью. Да, конечно, он любил своих детей. Конечно же, он хотел жить полноценной человеческой жизнью. Потому что в Исламе нет монашества, в нём нет такого бессемейного аскетизма — при всём уважении к другим конфессиям. Там это видится по-другому, хотя иногда пытаются именно ислам представить какой-то «религией скита», какого-то аскетизма.

Нет, он хотел и в принципе пытался жить полноценной жизнью. Но в какой-то момент Ахмат-Хаджи понял, что ему предписано жить и, видимо, умереть за свой народ. И достойно, как истинный мусульманин — о чём он не раз говорил в своих интервью — пошёл навстречу неизбежности. Он сделал для себя выбор. Он понял, что его жизнь нужна его народу. И отдал её без колебаний.

 

- У меня есть завершающий личный вопрос к Вам. Новость об этом теракте, об этой трагедии где Вас застала? Помните ли свои чувства, свои эмоции в этот момент?

- Я очень хорошо помню это время, это мгновение. Когда мне позвонили и сказали об этом... Знаете, это была очень тяжкая, невыносимая пустота. Это была растерянность, я признаюсь. Рамзан Ахматович говорил, что у него было примерно то же самое.

Здесь, Вы знаете, даже до скорби и других каких-то человеческих проявлений дело дошло потом. А вначале это была пустота, опустошение. Потому что мы себе не представляли, как мы дальше будем двигаться без него. И не просто двигаться, а как мы жить будем дальше. Потому что он прочно вошёл в наше сознание как великий Отец. Как великий заботливый Отец. Мы не были готовы, что наш Отец - вот сейчас, сиюминутно — перестанет жить ради нас. И что нам нужно будет дальше делать шаги без него. Это было самое страшное…

 

(видеоверсия интервью - здесь)