Олег Пономарёв
Автор

Валерий Маремуков: Приобретать политические дивиденды за счёт боли другого народа – позор

Эксклюзивное интервью порталу «Кавказ Сегодня» ко Дню освобождения Абхазии

Олег Пономарёв
Автор

Валерий Викторович Маремуков - председатель общественной организации «Адыгэ Хасэ» Республики Абхазия; член Совета Международной Черкесской Ассоциации (МЧА); вице-президент Благотворительного Фонда «Родина», доброволец-ветеран Отечественной войны народа Абхазии 1992-1993 гг.; кавалер Ордена Леона – одной из высших наград Республики Абхазия.

 

- Здравствуйте, Валерий Викторович! День 30 сентября – особая дата в истории Абхазии. Именно 30 сентября 1993 года после войны с Грузией Абхазия получила фактическую независимость. Предпосылки конфликта, ход борьбы за освобождение, позиция Грузии, роль России в сложившейся ситуации – Ваше мнение по этому поводу.

- Добрый день. Существуют разные мнения на этот счёт. В том числе и такие, что никаких серьёзных предпосылок для войны в Абхазии в 92-23 годах не было. Но история фиксирует всё: и даты, и события, и явления. Поэтому сам этот конфликт имеет очень глубокие исторические корни взаимоотношений абхазского и грузинского этносов, сформировавшихся и в XX, и в XIX веках, и в гораздо более ранние времена. Достаточно вспомнить, например, становление Грузии как суверенного государства в XX веке, чтобы понять степень давления грузинских националистических амбиций на самоопределение абхазского этноса.

Абхазия в силу своего геополитического, географического положения во все времена находилась под определённым «прессом». На эту землю неизменно были направлены интересы различных империй - и Персидской, и Османской, и Британской, и Российской. Маленькому народу приходилось как-то выживать во всех этих исторических ситуациях. А тут ещё рядом – молодой сосед, который, мягко выражаясь, решил, что всё побережье Чёрного моря и всё Закавказье должны находиться под его влиянием.

 

- Имеется в виду Грузия?

- Именно так. В грузинском обществе подобная точка зрения всегда практиковалась. Но вопрос в том, как они подошли к решению данного вопроса. С соседями можно дружить. С ними можно объединяться и жить в согласии. Но грузинское руководство выбрало другой путь: они решили просто уничтожить соседний народ, чтобы за счёт этого удовлетворить свои геополитические амбиции.

 

- То есть, уместно вести речь о геноциде?

- Я не люблю данный термин, но фактически – да. То, что происходило, можно назвать именно этим словом. От XIX века и до сталинских времён здесь практиковалась политика насильственной ассимиляции – когда абхазы на собственной земле были лишены возможности не только управления, но и элементарного влияния на происходящее в республике. Один этнос вытеснялся другим во властных структурах, ключевых органах управления. И на это была направлена целая программа.

К концу 90-го года разница по такому влиянию между автохтонным и, если уместно так сказать, «пришлым» населением была в десятки раз, в процентном соотношении. Абхазам было очень тяжело: они старались сохранить свой образ жизни, свою культуру, но без доступных рычагов государственного управления это было почти невозможно. Закрывались школы, преподававшие на родном языке, шло противодействие народным традициям и так далее… Иными словами, практиковался вялотекущий «этнокультурный геноцид».

Абхазское население периодически поднимало бунты, даже в советские времена. Но это заканчивалось лишь временными и несущественными послаблениями. Но в общем ситуация была тяжёлой. В предвоенные годы вообще к власти в Грузии пришли националистические силы в лице президента Гамсахурдиа и его окружения. А после развала СССР Грузия объявила себя независимым государством. В феврале 1992 года грузинские власти объявили об отмене Конституции Грузинской ССР 1978 года и восстановлении Конституции ГДР (Грузинской демократической республики) 1921 года, по которой в её составе сохранялись имеющиеся автономные образования. В том числе, Абхазия, которая до 1921 года вовсе не была подчинена Грузии, а являлась союзной республикой в составе СССР. И вошла в Грузию с подачи Лаврентия Берии.

Кстати, это был единственный случай в истории Советского Союза, когда статус республики был понижен! После этого и пошли упомянутые процессы – насильственная ассимиляция, массовое переселение, отмена языка, учебников, интенсивный перевод письменности на грузинский алфавит и прочее. Это нанесло, конечно, огромный урон абхазскому народу, который не имел возможности развиваться. Ключевые должности в органах государственной и местной власти занимали грузины, всё, условно говоря, побережье занимали они же – фактически превращаясь в Абхазии в титульную нацию.

Знаете, и это не было бы самой большой бедой, если бы проводилась грамотная политика. Но тут ведь шло настоящее уничтожение! Естественно, что каждый народ старается сохранить себя, свою самоидентичность, свои корни и культуру. Тем более, что абхазы сами по себе – очень древний народ, живущий на своей собственной земле на протяжении тысячелетий. Конечно, все эти невзгоды наложили свой негативный отпечаток на историю абхазского этноса, но он смог сохраниться, защитить себя. И слава Богу.

Когда грузинская сторона объявила о возвращении к Конституции 1921 года, то абхазы поняли, к чему это ведёт. И руководство республики тоже вернулось к своей истории: 23 июля 1992 года Верховный Совет Абхазии аннулировал Конституцию Абхазской АССР 1978 года и восстановил Конституцию ССР Абхазии 1925 года, что повышало статус региона в составе Грузии с автономного до договорного.

Решения обеих сторон были взаимно признаны нелегитимными. После этого «война законов» привела к войне настоящей: 10 августа 1992 года Госсовет Грузии принял решение о вводе войск в Абхазию для так называемого «наведения государственного порядка». Что было потом – мы хорошо помним. Это привело к настоящей войне, к огромным жертвам, в том числе, среди мирного населения. И вот тут уже начался не «этнокультурный», а настоящий физический геноцид. Достаточно вспомнить высказывание грузинского генерала Каркарашвили, впоследствии назначенного министром обороны Грузии, который пообещал поголовное уничтожение всех абхазов, живущих в Абхазии, чтобы «закрыть абхазский вопрос раз и навсегда». Каким ещё словом можно назвать такие заявления и действия?

 

- Вам тоже довелось лично участвовать в тех событиях. Расскажите, пожалуйста, об этом – всё, что возможно рассказать.

- Я сам по национальности адыг. Наука выделяет особую этнолингвистическую общность – адыго-абхазские народы. Это очень близкие, родственные этносы – и по происхождению, и по исторической судьбе. Поэтому многие адыги, как и представители других национальностей, откликнулись на призыв оказать помощь братскому абхазскому народу. Мы ведь воспитывались в Советском Союзе, и наш менталитет был именно такой: не быть в стороне от чужой беды.

Мы, адыги, прекрасно знали, кто такие абхазы. Знали, что являемся родственными народами, даже фамилии у нас есть общего происхождения. И старались делать всё, чтобы не дошло до вооружённого противостояния. Руководители Кабардино-Балкарии, в том числе и Валерий Мухамедович Коков, участвовали в переговорном процессе. Пытались предотвратить войну и абхазские лидеры. Например, Владислав Григорьевич Ардзинба, в то время – Председатель Верховного Совета республики, будущий президент. Заключались договоры, подписывались соглашения, представители сторон ездили в столицу России… Как стало ясно уже потом, все эти договоры заключались Грузией с единственной целью – оттянуть время для наращивания сил на территории Абхазии.

К сожалению, высшее руководство России в те годы было «слабеньким», поэтому Москве было особо не до «окраин». Но это отдельная тема. Произошло то, что произошло. Начались массированные боевые действия.

И тогда в Абхазию стали прибывать добровольцы – из республик Северного Кавказа, Юга России, Приднестровья, Центральной России, представители казачества из разных регионов. Поддержка оказалась тогда весьма существенной. Это на первом этапе позволило приостановить начало полномасштабного уничтожения абхазского народа. Чем закончилось – все мы знаем. Но в итоге абхазский народ смог отстоять свою землю, свою самостоятельность, своё право на существование. И теперь ежегодно, 30 сентября, он празднует День освобождения.

 

- А Вы в каких районах участвовали в боевых действиях?

- Я находился в составе кабардинского батальона, был командиром роты, заместителем командира батальона. Участвовал практически во всех операциях Западного фронта. Всего их было два, в том числе - Восточный. Наше подразделение воевало на Западном. Вообще адыгских соединений было много на обоих фронтах.

 

- У Вас обошлось без ранений?

- Нет, не обошлось. Одно ранение получил в ноябре 92-го - в операции чуть выше Сухума, при взятии села Шрома. Подлечился, снова вступил в строй. Потом в марте 93-го было полномасштабное наступление – операция по освобождению Сухума. Не получилось тогда, мы понесли серьёзные потери. Там я был сильно контужен. Но тоже оклемался…

 

- Боевые действия были очень жёсткими?

- Очень жёсткими, да. Очень жёсткими. Тем более - я знаю, что такое война. Сам служил в воздушно-десантных войсках в 88-90-е годы, был более-менее подготовлен. Как раз начал разваливаться Союз: армяно-азербайджанский конфликт, события в Тбилиси… Был и там, и в Баку. Находясь в Абхазии, понимал, что происходит, и как нужно действовать. Это и помогло выжить.

 

- Учитывая всё сказанное, можно осознать, что значит для абхазского народа День освобождения, дата обретения независимости. Но есть и другое событие, уже 2008 года, - факт международного признания независимости Абхазии. В первую очередь – со стороны России. Ваша оценка значения этих двух дат для народа республики.

- Да, 30 сентября – особая дата для Абхазии. Самая важная и самая дорогая в истории. Это день освобождения народа, день возрождения народа, день его государственности. Народ получил возможность свободно жить, созидать, развиваться, возрождать свою культуру и традиции. Он просто получил возможность существовать.

Абхазы ведь были на грани исчезновения. Это так и есть. У них не было других шансов: они должны были или победить, или погибнуть.

 

- И они победили.

- Да, они победили. Поэтому 30 сентября для абхазов – главный праздник. Что же касается признания независимости Абхазии Россией, то я считаю, это событие можно поставить с ним на один уровень по значимости. Потому что признание России – это международное признание мировой державой. Мне кажется, сами абхазы такого не ожидали. Признание послужило абсолютной гарантией защиты своей государственности для молодого государства. И абхазский народ очень благодарен Российской Федерации, он никогда этого не забудет. Такое не забывается.

 

- Как не забудутся и военные преступления грузинского руководства?

- Да. Время, конечно, всё лечит, но после таких потерь… Годы своё берут, и когда-нибудь, рано или поздно, придётся какие-то дипломатические усилия прилагать в этом направлении. Но ведь самое страшное, что враг пришёл не откуда-то из-за океана! Пришёл сосед, который долгие годы комфортно и даже привилегированно жил на твоей земле. И решил тебя же уничтожить. Конечно такое народ тоже не забыл и не забудет.

Нужно ещё раз подчеркнуть, что до начала масштабных военных действий представители многих кавказских народов, северокавказских республик пытались организовать какие-то встречи, «круглые столы», конференции – с целью образумить грузинское руководство, не допустить войны. Но, видимо, «программа» по экспансии Абхазии, по уничтожению абхазского народа уже была запущена. Им объясняли, что на Кавказе нельзя войну затевать, что на Кавказе нужно договариваться. Но они пошли другим путём. Не услышали или не захотели услышать.

Примечательно ещё то, что прошло уже 28 лет – а риторика грузинского руководства до сих пор не меняется. Оно и сегодня не оставляет своих намерений. При этом не хочет диалога, а смотрит на процесс возвращения Абхазии в лоно грузинского влияния исключительно с военной точки зрения. Но это тупиковый путь. И гарантия предотвращения такого развития событий – позиция великой России.

 

- Да, Вы правы: намерения Грузии в отношении Абхазии известны. При этом Тбилиси не оставляет попытки заигрывать с частью адыгской общественности и спекулировать на теме «геноцида черкесов», пытаясь инициировать среди них некое этническое «брожение». Как это соотносится с действиями самой грузинской стороны во время конфликта в Абхазии?

- Я так скажу: за счёт боли другого народа приобретать себе какие-то политические дивиденды – это не просто непорядочно. Это по кавказским меркам считается позором.

Да, события царских времён являются трагедией для адыгского народа. Мы помним, что происходило в XIX веке. Так, к сожалению, сложились исторические обстоятельства. И, конечно, можно было тогда сделать всё совсем по-другому. Тем более, что связи адыгов, черкесов с московскими княжествами были тесными, наш народ был готов к активному сотрудничеству в рамках единого политического пространства. Мы всегда считали, считаем и будем считать себя частью большого государства.

То, что сегодня там грузины начинают «копать» - так у нас тоже есть факты, далеко ходить не надо. Всё задокументировано. Они рассуждают о геноциде нашем… Но что же они сами тогда делали? И в Абхазии, и в других регионах Причерноморья, где предпринимали карательные операции против адыгов? Об этом они умалчивают.

Мы, адыги, не позволим «подливать масла в огонь». Адыгские народы – мудрые народы. Они понимают: да, была трагедия. Но время империй ушло, и нам нужно смотреть в будущее. Да, были трагические моменты, но у нас общая история, общая судьба. Наши отцы и деды жили вместе, строили вместе одну большую страну – прекрасное федеративное государство. Мы вместе – сила. И наш народ не видит себя в другом месте, кроме как в одной большой стране.

Конечно, мы должны помнить события, которые когда-то происходили. Но не должны строить своё будущее на их основе. Нужно идти вперёд и вместе. Я лично именно так считаю и стараюсь в своей работе уделять этому особое внимание. По-другому и быть не может.

 

- И завершающий вопрос. Вы являетесь председателем общественной организации «Адыгэ Хасэ» Абхазии, которая входит в Международную Черкесскую ассоциацию. Расскажите, пожалуйста, о реалиях и перспективах социально-культурного сотрудничества между адыгскими организациями Абхазии и России.

   - В силу особых обстоятельств, о которых мы говорили выше, представительное присутствие адыгов на территории Абхазии складывалось в начале 90-х, и после окончания грузино-абхазской войны оно значительно увеличилось – за счёт добровольцев, которые прибывали сюда на защиту абхазского народа. Многие, конечно, вернулись на Родину, но многие остались здесь. Таким образом, в Абхазии появилась определённая адыгская диаспора, относительно «молодая». Сюда же приехали репатрианты из других стран – особенно после войны в Сирии.

Кстати, в дальнем зарубежье, где проживают наши соплеменники, нет такого особого этнического деления – абхаз или адыг. Они все вместе. Многие абхазы и адыги, вернувшиеся на Родину из-за войны в Сирии, формировали и увеличивали численность нашей диаспоры. Есть также представители Турции, других стран. Но основной костяк, конечно, это ребята из России. Те, кто прошёл войну.

Мы, как общественная организация, уделяем внимание, в первую очередь, социальным вопросам. Помочь участникам войны – адаптироваться, социализироваться, решить какие-то бытовые проблемы. Детям их помогаем, способствуем изучению ими русского, других языков, поддерживаем в получении квот для обучения в российских вузах. Всё это при участии и активной поддержке МЧА, что нас очень радует. Считаю, что такое взаимодействие должно усиливаться. И перспективы для этого прекрасные, в том числе и в культурном плане.

Знаете, я считаю, что адыги здесь – это такой форпост, который дополняет усилия межгосударственного сотрудничества между Россией и Абхазией.

 

- Являются представителями народной дипломатии.

- Абсолютно верно! Мы стараемся участвовать во всех мероприятиях абхазских братьев и хотим, чтобы они были ближе к России. Чтобы они понимали Россию, любили её и видели то, что Россия делает для Абхазии. И к нам прислушиваются. Необходимо отметить, что к нам, адыгам, в Республике Абхазия сложилось полностью конструктивное отношение, сформировались доброжелательные, братские отношения, готовность содействовать в любом вопросе – как со стороны властей, так и со стороны рядовых жителей.

Мы будем усиливать свою работу и по другим направлениям: в культурной сфере, в организации спортивных мероприятий. Хочу сделать акцент на абхазской молодёжи. Сегодня, в век интернета, необходимо прилагать максимальные усилия для межгосударственного общения молодёжи – обмен опытом, гостевые визиты, экскурсионные и образовательные программы. В этом плане абхазский народ, особенно молодёжь, не должен чувствовать себя изолированным.

 

- Как говорится, сам Бог нас сделал соседями, поэтому деваться друг от друга нам некуда и незачем. Нужно жить в мире, дружбе и братстве.

- Совершенно верно! Абхазия без России жить не сможет. У неё с Россией связано всё. Тем более, что этнически близкие абхазам народы проживают на территории нашей страны. Это первый объединяющий фактор.

Второе – в плане обороны, независимости. Абхазия в этом смысле – главный стратегический партнёр по всем направлениям. На Причерноморье, как говорится, там -  НАТО и там – НАТО. Прибавьте сюда экономические аспекты…

Отсюда вывод: мы друг без друга существовать не можем. И не должны.