Олег Пономарев
Автор

«Есть такие понятия, которые нельзя переступить»

Олег Пономарев
Автор
09.10.2015

Интервью с председателем Ставропольского краевого суда Евгением Кузиным – специально для портала «Кавказ Сегодня».

– Евгений Борисович, первый вопрос – биографический. Расскажите, пожалуйста, немного о себе. Где родились, воспитывались, приобретали профессию. Пусть для наших читателей это будет своеобразной визитной карточкой.

– Родился я в северо-восточной Украине, в Сумской области…

Говорят, что в Сумской области – самые красивые девушки?

– Жена у меня из Екатеринбурга (улыбается). Она из офицерской семьи, родилась в дальнем гарнизоне, а познакомились мы в Свердловске. В 1991 году я окончил Свердловское высшее военно-политическое танко-артиллерийское училище.

– А специальность?

– Офицер с высшим военно-политическим образованием, социальный психолог-педагог – это если точно по диплому. С будущей женой познакомился еще курсантом. Получается, что в прошлом веке. Живем вместе уже третий десяток…

Служил  в армии в Челябинской области, Екатеринбурге. В 1995 году  поступил в Москву в военную академию – сейчас это Военный университет Министерства обороны России – на отделение судебной работы. Отбирали туда офицеров со всей страны для судебной работы. Военный университет, как и военное училище, окончил с красным дипломом, после чего был направлен по распределению на Урал. Попал в Нижний Тагил, известный всем город. Тяжелая там экология: два-три года – и замена должна быть, а я там без малого десять лет отслужил… Вот так бывает. Прошел за это время все должности от судьи гарнизонного военного суда до председателя.

– Помощником судьи были?

– Нет. Офицеров-выпускников университета сразу назначали судьями военных судов. Тогда были такие времена - трудные, но живые, интересные: кто-то сколачивал капиталы, а кто-то Родине служил. К слову сказать, горжусь тем, что принимал активное участие в переводе Нижнетагильского гарнизонного военного суда из района НТМК (Нижнетагильский металлургический комбинат. – Ред.в центральную часть города. В хорошем месте сейчас суд расположен, не стыдно людям в глаза смотреть, до сих пор коллеги вспоминают.

– Добрым словом?

– Да, хорошим. Ведь суд был в таком месте… Утром поставишь машину светлую (за забором – нависают трубы НТМК), а к вечеру она уже темная. Сильный выхлоп, сладковатый запах, вода из крана коричневая... Сами понимаете, металлургический комбинат.

После был переведен в Уральский окружной военный суд, это уже вторая инстанция.  К тому времени у меня двое ребятишек было.

– А сейчас?

– А сейчас уже пять. У нас с супругой четыре девочки и мальчик.

– Ух ты! Мальчик младший?

– Нет. Старшим дочерям 22 и 19 лет, позже родилась еще девочка – Ярослава, ей сейчас шесть лет. Потом мы все же «дожали» ситуацию, и родился мальчик. Назвали Данилом – в честь моего деда, который погиб в Великую Отечественную войну. Когда подрастет – поведу его на мемориал, где дед похоронен. Покажу плиту и фамилию, шестую сверху…

Потом еще девочка у нас родилась уже в Ставрополе.

– Простите, что перебиваю. Обычно спрашиваю об этом в конце беседы. Но вопрос, как говорится, созрел уже в самом начале разговора. Скажите, Вы счастливый человек?

– Очень счастливый. Без крепкого тыла в нашей профессии трудно работать. Семья дает огромные силы. Приходишь домой – это как пристань, которая никогда тебя не предаст. Я – семейный, очень семейный человек. Я домой иду всегда. Раньше об этом как-то не задумывался, а со временем пришло понимание, что, наверное, это – на генном уровне.

Ведь и дед у меня, о котором уже вспоминал, бежав в 1941 году из плена, пошел на оккупированной территории сначала домой (у них с бабушкой трое совсем маленьких детей было). Знал ведь, что полицаи придут за ним. Но хоть на минутку, а пошел. Не хватило каких-то 15 минут разойтись с полицаями.  Его расстреляли вместе с другими красноармейцами. Такая вот история...

– Единожды женаты?

– Конечно. Женился, будучи еще лейтенантом, а дослужились вместе до полковника юстиции. Потом был переведен в Санкт- Петербург.

– Это какой год?

- 2011-й.

– То есть, совсем недавно.

– Получается так. Работал в Северной столице заместителем председателя Ленинградского окружного суда, председателем судебной коллегии по уголовным делам. На Ставрополье я с 1 апреля 2014 года.

– И каково Ваше первое впечатление о состоянии судебной системы Ставропольского края? Именно первое впечатление.

– В целом хорошее впечатление, но край очень… колоритный.

– Что Вы имеете в виду?

– Знаете, я вообще не согласен, что здесь другой менталитет, какой-то «особый». Я с этим НЕ СОГЛАСЕН. Ведь в Ставропольском крае основная масса – русские. Какой такой другой менталитет? Он такой же, как и везде, просто с определенными особенностями, и ряд таких особенностей вызывает справедливые нарекания, подчеркну – СПРАВЕДЛИВЫЕ.

Когда пришел сюда, начал рассказывать о своем понимании ситуации. Говорю:

«Нет, ребята, подождите. Ведь есть же Родина, честь, совесть. Есть такие понятия, которые переступить нельзя. Ну не может же быть после нас выжженной земли! Нашим детям здесь жить. Так ведь нельзя...»

Некоторые, конечно, смотрят и думают: «Про какую такую Родину он нам здесь рассказывает? Чего он нас начинает лечить?» Это все очень печально и плохо, но вполне поправимо, потому что такие – в меньшинстве. А у нас с вами другого пути нет.

– Опорные точки себе какие-то создаете?

– Их создавать не надо, они есть. Главное – ими умело пользоваться. Я как-то беседовал с очень уважаемым и заслуженным человеком в нашем крае – Иваном Андреевичем Богачевым – и он, умудренный опытом, дал мне такой совет: «Ищи здоровую составляющую в крае и «вытаскивай» ее наверх». Я всеми силами это и стараюсь сейчас делать в судебной системе края.

Необходима максимальная открытость во всем. Нужно, например, двигать грамотную молодежь. Вопрос – как? Отвечаю: еще в прошлом году договорились с ректором СКФУ Алиной Левитской и выпускников прямо из университета берем в краевой суд, районные суды. Понятно, что не судьями, а на самые низшие должности. Одно условие – красный диплом и положительная характеристика.

В прошлом году пять выпускников взяли, в этом – четырех. Молодежь идет с удовольствием, и мы их учим. На практике учим хорошему. Причем мы прекрасно осознаем, что  положительный результат будет потом, уже после нас. Но он будет!

Одна девушка примчалась к нам прямо с выпускного, в руках красный диплом – до конца не верила, что ее возьмут... (улыбается). Ломать надо это недоверие.

– Взяли?

– Конечно. Именно такие люди будут и за работу держаться, и дорожить ею, и ни о какой коррупции даже мыслей у них не будет. Потому что сами начали, потому что с самых низов служебной лестницы пошли, потому что им поверили и потому что просить за них некому… Я очень на это надеюсь.

– Что Вам понравилось в крае?

– В крае мне сразу очень понравилось, что здесь есть массовый патриотизм. И он не показной. Я сейчас говорю не только о празднике 9 Мая, – патриотизм виден в повседневной жизни. Никто же людей не заставляет вешать георгиевские ленточки на коляски, в машинах или ездить круглый год с надписью «Спасибо деду за Победу!»? А это значит, что люди верят в эти вечные ценности. И это значит, что все у нас будет хорошо.

– Наверное, и в судебной системе края есть много положительного, несмотря на критику?

– Безусловно, есть. Но говорят об этом, и особенно – пишут, до обидного мало. Поэтому мы в вас, журналистах, нуждаемся даже больше, чем вы в нашей информации. Пишите о хорошем! Его у нас достаточно.

Вот, например, в Левокумском районе председатель суда – Светлана Воронина. Женщина возглавляет сложнейший участок! Как там тяжело работать – все знают. Так напишите  об этом! Туда не каждый мужчина поедет, а женщина – работает. И справляется с работой на «отлично». Я ей недавно медаль вручил «150 лет судебной реформе в России» и грамоту со словами: «Спасибо за работу, за то, что с достоинством и честью обозначаете присутствие судебной власти в районе». Потому что тяжело им там всем, я это очень хорошо знаю.

Только положительных слов заслуживают председатели других районных судов: Новоалександровского – Валентина Заздравных, Красногвардейского – Татьяна Самойлова, Нефтекумского – Олег Дыкань, Труновского – Андрей Кайшев. Напишите о них! Сейчас именно они – опора судебной системы края.

– Но ведь часто суды и критикуют. У нас в регионе много жалоб на них. Как Вы можете пояснить такую «особенность» Ставропольского края?

– Знаете, любым судебным решением все равно кто-то будет недоволен. Но если судебное решение справедливо, то оно не будет вызывать протестных настроений. Ты хоть десять раз возмутись, но дважды два – это четыре, а не пять. Закон есть закон. И все должны понимать только одно: не все в этой жизни можно купить и не все можно решить за деньги. Если есть закон – будьте любезны.  Однако если критика справедлива – поверьте, она не остается без внимания…

– Между тем, ходят разговоры о том, что имеются таксы за судебные решения, и это ни для кого не секрет, мол. Называются конкретные суммы. Вам об этом известно?

– Да. Я об этом знаю. Это мошенники. Если таковые выявляются в наших рядах, то расстаемся с ними безо всякого сожаления. Я бы сейчас не хотел говорить по конкретным персоналиям, потому что меня постоянно об этом спрашивают. Скажу так: с этой бедой правоохранительные органы активно борются. И замечу, что в последнее время – достаточно эффективно.

– Запущенная ситуация?

– Я бы так не сказал.

– Есть над чем работать?

– Да. Именно так: есть над чем работать. И мы над этим работаем. Люди все это видят, их не обманешь.

– Говорят также, что есть определенная такса за место судьи…

– Это тоже мошенники, которые вокруг системы «крутятся». Кто-то, возможно, им верит. Но все это от правовой безграмотности, а иногда –и обыкновенной глупости.

– То есть, все эти разговоры про таксу за место судьи – вранье?

– Это мошенничество. Со всеми вытекающими последствиями.

– Вас можно назвать оптимистом?

– Да, расстраиваюсь редко. В нашей ситуации необходимо быть оптимистами (улыбается). Да и в лучшее верится. Это ведь наша земля. Куда мы пойдем? Куда нам с вами идти? За границу? Нет… Дорогу осилит идущий: надо честно работать и верить в лучшее.

– У Вас есть своя команда, хотя бы небольшая? То есть те люди, на которых Вы можете положиться?

– Люди такие есть, конечно. И среди них – много местных. А насчет команды… не должно быть никаких команд! Система должна работать, а не команды – Кузина, Иванова, Петрова и так далее.

– А есть такие люди, которым Вы абсолютно доверяете?

– Тоже есть. Что ж я один сделаю? Хозяйство такое большое, хлопотное. Есть такие люди. А есть и такие, в которых разочаровался. И основания для этого есть. Стараюсь всегда показывать им это. Они об этом знают.

– Наставлять на путь истинный приходится?

– Нет, ну подождите… Это ж не первый курс института! Учить надо там, а не здесь. Кого здесь уже учить? Это взрослые люди. Если вы с нами, то становитесь рядом и помогайте. А если нет, то мешать не надо.

– Евгений Борисович, серьезный вопрос. По государственной защите, Вам и Вашей семье назначенной. Были ли веские основания убедиться в ее необходимости?

– Такие меры исключительно по веским основаниям и применяются. Станет спокойнее – с удовольствием вместе с семьей «обрету свободу».

– А вообще Вы – бесстрашный человек?

– Мне кажется, совсем бесстрашных людей не существует. Просто свой страх не надо ставить на первое место. Я много лет отдал службе в армии и что-то пугливых там особо не видел. Служили ведь в такие времена, когда нам ничего не платили, участвовали в антитеррористических операциях… Все, кто был случайным, – ушли. А бывали времена, когда по шесть месяцев денежное довольствие не платили. Но мы же выжили? И, по большому счету, нам и спасибо за это не надо. Мы свою Родину защищали. Нас так учили.

– Теперь немножко скучноватый вопрос, но он из «обязательной программы». Расскажите, пожалуйста, о Ваших ближайших задачах и планах.

– Всеми силами и всеми средствами будем повышать авторитет судебной власти в крае. Конкретными практическими делами. Это целый комплекс мероприятий. И нам уже есть о чем рассказать.

Например, за это время мы отремонтировали и открыли четыре новых здания для мировых судей. Прежние здания были в плачевном состоянии. Решаем сейчас вопрос по зданию краевого суда. В крае четыре таких здания – в Пятигорске одно и три в Ставрополе. А должно быть одно – достойное. Понимание и поддержка есть на всех уровнях. Губернатор нам помогает. Вот, 19 октября открываем новое здание для гражданской коллегии краевого суда на улице Осипенко, 10а. В 12 часов открытие, приглашаю.

– Много и другой работы?

– Очень много. Но пусть люди видят ее результаты. Видят, что справедливость в жизни есть. Она, справедливость, правда, иногда поздно приходит... В общем, живем, как жили до этого. И по принципам, за которые не стыдно. Ситуацию в целом контролируем, в пределах своей компетенции.

По кадровому резерву, кстати, все прозрачно. Все это знают: шансы одинаковы у всех. И при этом не имеет значения, кто ваши родители.

Приходили поначалу... Я им говорю: «Погодите. Вы, конечно, такой заслуженный… Но я же не вас беру на работу! А сыну-то вашему сколько лет? Тридцать? А что он для Родины сделал?» Больше не ходят … (улыбается).

Более того: кто сказал, что у нас здесь только на Кавминводах должны быть судьи? У нас еще есть Степновский район, Левокумский – кто будет там работать? Хотите? Вперед! Поезжайте, работайте честно. И ведь едут!

Неправда, что у нас молодежь ничего не хочет делать. Определенные условия поставлены – они их выполняют. И шансы у всех одинаковые, это чистая правда. А если добился своего места честно – должен его и держаться. Я надеюсь, что так же честно будет работать. Очень на это надеюсь.

– Какие отношения у Вас сложились с губернатором?

– Хорошие.

– Взаимопонимание, сотрудничество?

– Да, хорошие взаимоотношения. Рабочие, конструктивные. Вот я уже говорил по зданию краевого суда. Оно должно быть в шаговой доступности от центра – не больше 15 минут. И ведь нашли такое место! Главное, чтобы сейчас все получилось… Губернатор помогает и по мировым судьям, это же его компетенция. Ездил с Владимиром Владимировым к председателю Верховного суда Российской Федерации Вячеславу Лебедеву по вопросам нового здания краевого суда – полное взаимопонимание и поддержка.

Вот как это все можно было бы решить, если были бы плохие отношения? Кто бы с кем и куда поехал? Есть законодательная власть, есть исполнительная, а есть судебная – все работают вместе над одним делом. И никакого давления ни с одной стороны нет…

А теперь я хочу задать встречный вопрос. Вам вообще не кажется странной моя позиция?

– Ничуть. Ваша позиция корректна, обоснована и справедлива. Я даже логически продолжу вопрос: можно ли считать, что политика, которую Вы выстраиваете в соответствии с этой позицией, – всерьез и надолго?

– Так это не я ее выстраиваю. Выстраивает ее наш Президент, Правительство Российской Федерации, Верховный суд Российской Федерации.

И пусть будет понимание у тех, кто не хочет жить по закону: это не от действий Кузина они сегодня чувствуют себя неуютно. Придет другой – и он будет такой же.

Товарищи дорогие! В этом мире много что поменялось в последнее время, ведь правильно?

– Правильно.

– А если нет у людей понимания того, о чем мы сейчас с Вами говорим, то, наверное, таким с нами не по пути.

Ничего, справимся. Я в этом убежден. Мы доведем или другие доведут дело до конца – какая разница? Дело будет сделано. Да, есть определенная специфика в регионах, но страна-то у нас с Вами одна – Россия.

– Главное – жить по закону.

– Именно так. Чтобы детям нашим за нас не было стыдно.