Информационно-аналитический портал Кавказ Сегодня

Исмаил-хаджи Бердиев: Если человек будет знать религию, он никогда не совершит плохих дел

Накануне в Пятигорске состоялся съезд муфтиев Юга России, где единогласным решением муфтий Карачаево-Черкесии Исмаил-хаджи Бердиев был в очередной раз переизбран руководителем Координационного центра мусульман Северного Кавказа на пять лет. Корреспондент портала «Кавказ Сегодня» пообщался с Бердиевым и узнал, какими задачами в дальнейшем займется КЦМСК под руководством Исмаила-хаджи Бердиева, как решить вопрос с ношением хиджабов в школах и хочет ли северокавказская молодежь получать духовное образование.

- Доброго дня, Исмаил-хаджи. Поздравляю вас с очередным переизбранием на должность председателя Координационного центра мусульман Северного Кавказа. И первый вопрос - какие первоочередные задачи вы ставите перед организацией на предстоящие пять лет, в течение которых вы будете ею руководить, по каким направлениям необходимо усилить работу?

Спасибо за поздравление. Работа у нас будет продолжаться в том же духе, как мы и запланировали с самого начала. Это координация действий Духовных управлений мусульман Кавказа. Время от времени возникают новые проблемы и новые возможности. Сейчас будем больше времени уделять на то, чтобы в Интернете было нормальное толкование (религии – прим. ред.). Там сейчас появляются ученые, начинают разъяснять религию. Вот в этом плане у нас будет вестись работа. 
От Интернета очень много пользы. Но от него и очень много вреда будет исходить, как это остановить, я не знаю, наверное, это невозможно. Поэтому мы должны уделить этому очень большое время, вести работу там нужно обязательно. Когда молодежь ничего не знает, нажимает какую-то кнопку, начинает спрашивать Google – что и как это? Там ей объясняют, а она принимает это за чистую монету и говорит, что по религии это так. Чтобы этого не было, будем всем разъяснять. С этим мы должны вместе с вами работать. Тот человек, который хочет блага для людей, он должен знать, что по шариату, по религии имеет право разъяснять только имам, только ученый человек, который знает религию, причем – традиционную. Сейчас выпускают брошюрки разные люди, они берут и печатают, никто их не проверяет. И вот оттуда начинают брать знания, а они порой очень неверные. Вот с этим тоже будем бороться. 

- Вы являетесь муфтием Карачаево-Черкесии с 1991 года, с 2003 года возглавляете Координационный центр мусульман Северного Кавказа. Как за этот период поменялась общественно-политическая обстановка в республике и субъектах Северо-Кавказского федерального округа, отношение людей к религии, в частности, к Исламу?

Еще в советские времена, когда я поехал учиться в 1982 году, было одно отношение к религии. Мы начали работать, в 90-е годы я еще обращался к Борису Николаевичу Ельцину, просил, чтобы не пускали сюда этих религиозных эмиссаров. У нас понятие другое, у нас мазхаб (школа шариатского права в исламе – прим. ред.) другой. А он говорит: «Нет-нет, мы подписали международную конвенцию о правах человека, мы не имеем права запрещать, приходят все, кто хочет». 
И вот тогда получили то, что у нас есть – «горячие точки» на Кавказе. Сначала осетино-ингушский конфликт, потом в Чеченской Республике. Вот это все происходит от религиозной безграмотности людей. Когда пришли люди в арабской одежде и начали им говорить, что нет того и этого. Они начали идти против наших стариков, нашей религии – что у нас старики ничего не знают, от этого все и произошло. Тогда мы говорили, не надо их сюда пускать, мы сами разберемся. Мы прекрасно помним, чем это все закончилось. 
Самое главное, что изменилось в лучшую сторону – это пришел Владимир Владимирович Путин. У него очень правильное понятие о религии, о ее месте и роли. Он знает, что без религии человек неполноценен. Хотя у нас в Конституции записано, что религия отделена от государства, традиционным религия уделяют очень большое внимание. Поэтому потихонечку все идет к улучшению. 

- Насколько активно сейчас взаимодействуют власти регионов и духовенство в деле противостояния терроризму и экстремизму, воспитания молодежи в истинных традициях ислама. Есть ли какие-то недоработки в этом направлении, которые необходимо исправить, на ваш взгляд?

То, что в наших понятиях мы должны делать, мы это делаем. Может быть, иногда мы запаздываем, не знаю. Иногда думаешь, вот эти паразиты, что они придумывают для того, чтобы совершать эти преступления, как человеческий мозг может прийти к такому? Поэтому мы начинаем искать пути, чтобы все это исправить, к сожалению, иногда опаздываем. К счастью, во всех субъектах уже есть религиозные учебные центры, ведется обучение. Когда человек ничего не знает, он по безграмотности может совершить греховные дела и поступки. А когда он будет знать религию, он уже не сделает никаких плохих дел. 

- Хотелось бы поговорить о ситуации, когда из состава Координационного центра мусульман вышел муфтият Дагестана. Сообщалось, что причиной для этого послужила газета «Ас-Салам», выпускаемая дагестанским муфтиятом и распространяемая на территории республик Северного Кавказа. Действительно ли это так, как все обстояло на самом деле и в чем причины произошедшего?

Это просто было недопонимание. Они разъяснили, что приходят люди, распространяют газету, оставляют ее, где попало. А там слово Всевышнего, не надо этого делать. В этом плане было недопонимание, поэтому было заявление со стороны Духовного управления мусульман Дагестана о том, что они выходят (из состава Координационного центра мусульман Северного Кавказа – прим. ред.). После всего этого я встретился с муфтием, мы обговорили эту ситуацию и расставили все по местам, пришли к пониманию. Поэтому об отделении речь не идет, мы работаем вместе с ДУМ Дагестана. 

- Говорилось ли о том, что ДУМ Дагестана снова войдет в состав Координационного центра мусульман Северного Кавказа? Как этот вопрос будет решаться?

Они об этом сказали, но письменного уведомления, что они выходят из состава Центра, не было. Ну и пока все остается в силе, как было.

- То есть, дело ограничилось устным заявлением и ДУМ Дагестана по-прежнему в составе Координационного центра мусульман СК?

Да, они остались. 

- Какие меры предпринимает Координационный центр, чтобы защитить священнослужителей и обезопасить их от насилия? Как вы помните, в 2015 году было совершено сразу несколько убийств духовных лиц. В прошлом году в сентябре на Ставрополье найдено тело заместителя имама одного из населенных пунктов Равиля Кайбалиева с пулевым ранением. В чем причина давления на представителей мусульманского духовенства и как с этим бороться? 

- К сожалению, такие потери есть и в Духовном управлении мусульман Карачаево-Черкесии. Ранее убили Абдул-Керима Байрамукова – моего заместителя, имама Кисловодской мечети Абубекира Курджиева и моего прямого заместителя Исмаила Бастанова. Причем их убили в праздничные дни. Курджиева – во время Рамазана, Исмаила убили, когда он выходил из мечети после праздничного намаза. Они думают этим какой-то вред нанести исламу. Но они (убитые – прим. ред.) ушли шахидами, они стали святыми. Когда человека безвинно убивают, он становится шахидом. А тот, кто его убил – он становится грешником и будет гореть в огне, в аду. 
На их место пришли другие люди, после этих событий нам, муфтиям, выделили охрану. У нас есть Фонд поддержки исламской науки, культуры и образования. Они выделяют средства и нам дали охрану. Что такое эта охрана? Абсолютно ничего. Вот у Ахмата-Хаджи Кадырова была охрана, ну и что? Он стал шахидом. Мы вместе с ним учились в Бухаре и Ташкенте, я этого человека знал, это был истинный мусульманин, он за свой народ пострадал. Молодым ушел, но что поделать. Его сын (Рамзан Кадыров, глава Чеченской Республики – прим. ред.) сделал свою республику процветающей. За границей нет такого, как есть у нас здесь, в Грозном. 
Это все говорит о том, что тот, кто идет по правильному пути, он прав. А кто этому хочет помешать, они всегда будут иметь убыток, для них уже приготовлен огонь, причем вечный огонь. Тот, кто убивает, он совершает такое преступление, как будто он убивает все человечество. Это очень большой грех. Убивать человека – прерогатива только одного Всевышнего. Он имеет это право – отбирать жизнь. 
У нас нет никаких средств, чтобы защитить имамов. Мы только разъясняем и говорим людям - даже во время войны священников и медиков никто не трогал, включая противоборствующие стороны. Это люди, которые служат добру. У преступников таких понятий нет. Поэтому будем надеяться на то, что благоразумие, как мы говорим, восторжествует.

- В связи с этим такой вопрос. Как в республиках Северного Кавказа обстоит дело с духовным образованием? Идет ли молодежь в священнослужители?

Во всех республиках Северного Кавказа при каждой мечети есть у нас начальное медресе и филиалы исламских институтов, а их много. Никто сейчас не сможет сказать – где мне пойти и получить образование? Кто хочет, тот найдет. 

- Значит, северокавказская молодежь идет в этом направлении и получает духовное образование?

Да, это есть и это очень хороший признак того, что люди заинтересованы в том, чтобы познавать свою религию.

- Исмаил-хаджи, какова ваша позиция по поводу ношения хиджаба в школах? Следует ли это закрепить законодательно на уровне всей страны или дать каждому отдельному субъекту право самому решать: разрешать или запрещать? Как найти оптимальное решение с учетом того, что Россия многоконфессиональная страна, однако в Конституции закреплен ее статус светского государства? И как вы оцениваете закон о разрешении носить хиджаб, принятый в Чеченской Республике?

Само слово «хиджаб» - арабское. Оно имеет какой-то негативный оттенок, в общем. И почему-то все нажимают, делают упор на этом слове. Меня очень сильно раздражает, почему нельзя сказать «платок»? Это наш головной убор, российский. Везде во все времена кто носил платок, тот его носил, кто не носил – на него даже никто не смотрел. А сейчас подняли эту тему – хиджабы, хиджабы, хиджабы. Это арабское слово, зачем его у нас применять? Вот это я не могу понять.

В Чеченской Республике тот, кто себя считает нормальным человеком, женщина никогда без платка не выйдет на улицу. Точно так же это было и у христиан, у православных. Слово «опростоволоситься» - оно негативное. Когда женщина выходила без платка на улицу, говорили, что она опростоволосилась. И это было связано с негативом. Платок надо обязательно носить. И по этому поводу в каждом субъекте будут принимать решение – в законодательном порядке или в другом, что запрещать этого не надо.

Мы всегда везде всем говорим, что у девочек должны быть платки и головные уборы. Совершеннолетняя должна ходить в платке. Это не я придумал или другой муфтий, имам, глава. Это предписано Всевышним. Для мужчины «аурат», запрещенное место – от пупка до колен, у женщины – остается на виду только лицо, кисти рук и стопы. Волосы должны быть закрыты, даже голос молодой женщины тоже не должен быть слышен посторонним людям. Вот это аурат. Кто хочет закрывать аурат, тот должен обязательно носить платок. А как это будут делать, уже посмотрим, время покажет. Но сейчас понятие в этом вопросе есть, поэтому здесь таких острых моментов нет, слава Всевышнему.

- Приведу такой пример. Я живу в поселке, в Карачаево-Черкесии. У нас много православных соседей, когда они празднуют свои праздники, то регулярно приносят нам различные угощения. В свою очередь мы угощаем их, когда отмечаем мусульманские праздники. Мне кажется, это такая хорошая традиция, которую надо развивать и укреплять на межконфессиональном и межнациональном уровне, на уровне субъектов. Как вы относитесь к ней?

- Наверное, это повсеместно так. Соседи всегда дружили. В первую очередь по шариату спрашивают о твоих соседях. Не спрашивают, кто он по национальности или вере, спрашивают, как ты относишься к своему соседу. Ты должен к соседу относиться хорошо. Первый, кто придет к тебе на помощь, – это твой сосед. Родственники узнают и придут уже потом. Поэтому спрашивают о твоем отношении к соседям и отношениях с ними.

Это везде так. Вот у меня соседи на Пасху принесли и куличи, и яйца. В этом ничего запретного нет, пожалуйста, берите и кушайте. Я взял одно яичко, хорошо сварено и красиво покрашено. Кто в это верит, в какой-то символ. Да, это у нас не положено – у мусульман, поэтому для нас это обыкновенная халяльная пища, здесь ничего плохого нет. Точно так же – когда у нас Курбан-байрам или другие праздники, мы приносим соседям угощение, они точно так же берут, говорят «спасибо», кушают.

- И последний вопрос. Как вы оцениваете состояние межконфессиональных отношений на Северном Кавказе?

- Что касается межконфессиональных отношений, то с этим у нас все в порядке. Некоторые пытались как-то вбить клин между религиями, но этого не получилось и не получится никогда, слава Всевышнему. Мудрость тех людей, которые живут на Кавказе, преобладает. Эта мудрость остановила кровопролитие в наших регионах. То, что было в Осетии и в Чечне, в других местах этого не стало.

- Исмаил-хаджи, спасибо вам большое за то, что нашли время и ответили на вопросы, за обстоятельную и интересную беседу. Успехов вам в вашем труде и всего доброго.

- Спасибо большое и вам.

Комментарии

 

Комментарии из ВКонтакте

Комментарии из Facebook

Новости партнеров

Реклама

Новости партнеров

Новости партнеров

Лента новостей